Монах есть тот, кто миру непричастен[2],
Кто говорит всегда с одним лишь Богом,
Кто, видя Бога, сам бывает видим,
Любя Его, он Им любим бывает
И, светом становясь, всегда сияет.
Монаха хвалят — все равно он нищий,
В дом приглашают — все равно он странник.
О дивное, немыслимое чудо!
Среди богатств безмерных — я нуждаюсь,
Владея многим — остаюсь я беден,
Среди обилья вод — томлюсь я жаждой.
Кто даст мне то, что я уже имею?
И где найду Того, Кого я вижу?
Как удержу Того, Кто в сердце дышит[3],
Но вне всего, Незримый, пребывает?
Имеяй уши слышати — да слышит[4],
Словам безумца с трепетом внимая![5]
[1] Гимн написан двенадцатисложным ямбическим триметром. Здесь и далее первая цифра в скобках после заглавия гимна означает его порядковый номер по изданию Sources Chrйtiennes; вторая цифра, после точки с запятой, означает порядковый номер гимна в русском переводе иером. Пантелеимона (Сергиев Посад, 1917).
[2] Букв. “не смешан с миром”.
[3] Букв. “Того, Кто внутри меня”.
[5] Букв. “правильно понимая слова неграмотного”. Называя себя agrammatos (неграмотный, невежда, неуч), преп. Симеон подчеркивает свою непричастность “внешней” (мирской) учености.