Хотел бы теперь остановиться на некоторых аспектах богослужебного церемониала Православной Церкви, в частности, на особенностях архиерейского служения. Довольно часто приходится слышать, что византийский богослужебный церемониал устарел, не соответствует современности, требует упрощения. "Пышности" православного ритуала противопоставляется "простота" и "доходчивость" протестантских богослужений. Некоторые считают архиерейскую службу слишком "помпезной". Иные архиереи служат так называемым "иерейским чином", считая, что таким образом они демонстрируют urbi et orbi свое смирение. Один архиерей говорил мне, что наличие за богослужением иподиаконов отвлекает от молитвы, что архиерейская служба является стеной между молящимися и живым Богом, что иподиаконы, посохи, рипиды и прочие атрибуты архиерейской службы - это "мишура", которая должна быть отринута.
Со всем этим я категорически не согласен. Если богослужебный чин отвлекает тебя о молитвы, зачем идти в церковь? Оставайся дома, затвори за собой дверь и молись Богу в полном одиночестве и тишине. Если ты архиерей, но служишь иерейским чином, зачем было тебе принимать архиерейскую хиротонию? Оставался бы иереем и служил бы по-иерейски. Бывают, разумеется, случаи, когда архиерею приходится выполнять функции священника и служить иерейским чином в силу необходимости. Но когда архиерей стилизуется под иерея, это мне представляется искусственным и неоправданным. Смирение архиерея должно выражаться не в том, чтобы по своему усмотрению и вкусу упрощать богослужебный чин, а в том, чтобы следовать церковному уставу и не вводить в него отсебятину. 
Отмечу, что в русской эмигрантской церковной среде на Западе существует явление, незнакомое людям, живущим в традиционно православных странах: стилизация под нищету. Корни этого явления уходят во времена первой русской (так называемой "парижской") эмиграции, которая жила в реальной нищете: тогда православные приходы ютились в подвальных помещениях, а архиереи зарабатывали на жизнь подметанием улиц. Но времена изменились, и современные западные архиереи давно уже не бедствуют. При этом некоторые из них все же продолжают стилизоваться под нищих. Когда эта стилизация происходит на бытовом уровне, с ней можно мириться, но когда она переносится на богослужебную практику, мне это представляется недопустимым. Архиерейский быт может быть самым простым; епископ может не только стилизоваться под нищету, но и реально жить в бедности и смирении. При совершении же богослужения он должен представать во всем благолепии архиерейского сана. 
Всякая искусственность чужда православному богослужению, в нем нет и не должно быть ничего театрального, зрелищного. Детально разработанное чинопоследование архиерейской службы призвано не развлекать верующих и не отвлекать их от молитвы, а, наоборот, вовлекать их в теургическую мистерию небесной евхаристии. В богослужении все символично, иконно, знаково: не только иконостас и церковное пение, но и весь богослужебный чин, весь так называемый церемониал. Когда на малом входе один за другим из алтаря выходят иподиаконы, диаконы и священнослужители, вынося свечу, посох, дикирий, трикирий и рипиды, а архиерей в это время читает молитву "Владыко Господи Боже наш, уставивый на небесех чины и воинства ангел и архангел в служение Твоея славы, сотвори со входом нашим входу святых ангелов быти, сослужащих нам и сославословящих Твою благость", все это торжественное шествие является иконой, символическим изображением того величественного, сосредоточенного и благоговейного шествия ангелов, которое сопровождает Царя славы на небесах. То же относится к великому входу, когда "Царь царствующих и Господь господствующих приходит заклатися и датися в снедь верным, предходят же сему лицы ангельстии со всяким началом и властию, многоочитии херувими и шестокрилатии серафими": именно эти "лицы ангельстии" и символизируются иподиаконами, диаконами и священниками, входящими в алтарь для совершения Бескровной службы. 
Если все это "мишура", если все это надо упразднить, то почему тогда не упразднить заодно и иконы, другие священные изображения, богослужебную утварь, оставив лишь голые стены и минимум необходимых для участия в молитве предметов? Но только бы не выплеснуть из ванны вместе с водой и ребенка. Ведь именно по такому пути пошли некоторые протестантские общины, которые прекрасно обходятся без икон и без "церемониала": у них все просто и убого, как в древней Церкви. Но приблизились ли они к Преданию Древней Неразделенной Церкви, упростив церемониал, сведя на нет символизм Литургии, отказавшись от священных изображений, или отошли еще дальше от этого Предания? 
Добавлю к сказанному, что архиерейское служение само по себе является незаменимой литургической школой для тех, кто в нем участвует, в особенности для иподиаконов. Перед каждой службой они обязаны тщательно прогладить архиерейское облачение, подготовить дикирий и трикирий, другие священные предметы, позаботиться о встрече архиерея: все это является частью священнодействия, своего рода иподиаконской проскомидией. От того, как ведут себя иподиаконы во время архиерейской службы, во многом зависит ее общее настроение и то впечатление, которое она оставляет на верующих. Иподиаконы - отнюдь не слуги архиерея, они служители Бога вышнего: об этом должны помнить и они сами, и архиерей, и духовенство, и верующие. Подобострастное отношение к архиерею как "начальнику" должно всячески пресекаться этим последним: иподиаконов надо прежде всего учить благоговейному отношению к Богу, Церкви и алтарю. Архиерей должен быть для своих иподиаконов не требовательным и придирчивым начальником, а отцом и учителем, благодаря которому и через сослужение - а не просто прислуживание - которому они вводятся в мистические глубины Литургии, приобщаются к тайнам Царства Божия.